А. Т. (lysenkoism) wrote,
А. Т.
lysenkoism

Categories:

Про Пуштая

В октябре 1995-го по инициативе Департамента сельского хозяйства, окружающей среды и рыбного хозяйства правительства Шотландии было начато трёхлетнее исследование проблемы безопасности ГМ-культур для человека и окружающей среды. В работе участвовали Исследовательский институт Роэутта (ведущее учреждение по проблемам питания животных и человека), Шотландский институт исследования с/х культур (SCRI) и факультет биологии Университета Дарема (Durham).

В  рамках этой программы группа Арпада Пустая из Института Роэутта занималась изучением ГМ-картофеля со встроенным геном лектина подснежника (природного инсектицида, безопасного для млекопитающих). Объект исследования был выбран отнюдь не случайно. Арпад Пустаи (Pusztai) был экспертом с мировым именем по растительным белкам лектинам. В Институе Роуэтта он проработал более трёх десятков лет и ещё в 1990-м достиг пенсионного возраста, однако продолжал работать в институте (по просьбе его директора), где вёл сразу шесть национальных и международных исследовательских программ.

Неожиданно для себя Пуштаи обнаружил неблагоприятное действие ГМ-картофеля на организм подопытных крыс. О своём открытии он поспешил сообщить миру.

10 августа 1998-го по британскому телевидению было показано трёхминутное интервью Пустая, в котором учёный выразил обеспокоенность по поводу безопасности ГМ-продуктов и упомянул о неблагоприятных результатах своих опытов с ГМ-картофелем. Он заявил, что сам бы не стал есть такой картофель: «Нас заверяют, что это абсолютно безопасно. Мы можем есть это всё время. Мы должны есть это всё время. Нет никакого мыслимого вреда для нас. Но как учёный, активно работающий в данной области, я нахожу, что это очень, очень некрасиво — использовать наших сограждан как подопытных морских свинок».

Пустай упомянул о последствиях кормления ГМ-картофелем, выразившихся в небольшом замедлении роста и ослаблении иммунной системы. Закончил он на достаточно оптимистичной ноте: «Если будет показана безопасность ГМ-пищи, тогда мы сослужим действительно хорошую службу нашим гражданам. Я очень сильно верю в это и это одна из главных причин, почему я требую ужесточить правила, ужесточить стандарты».

Короткое выступление Пустая произвело фурор. Интервью было записано за полтора месяца до этого и, по словам Пустая, его руководство было полностью в курсе. Сразу после передачи Пустаю позвонил Филип Джеймс (James), директор Института Роуэтта, и поздравил его с удачным выступлением (Randerson, 2008/01/15).

Утром 11 августа 1998-го Институт Роуэтта выпустил пресс-релиз в поддержку выступления Пустая, в котором указывалось, что «ряд тщательно проведённых исследований лежат в основе опасений д-ра Пустая».

Однако спустя ещё сутки директор Джеймс неожиданно сменил милость на гнев, и Пустай, проработавший в институте три десятка лет, был отстранён от работы (и вскоре уволен). Ф.Джеймс объяснял это следующим образом: «Перемена в моём настроении была драматической, потому что я выяснил, что Пустай.. никогда не проводил исследований, о которых он заявлял».

Дело в том, что в пресс-релизе Института Роуэтта было сказано, что Пустай исследовал картофель со встроенным геном лектина канавалии — растения, известного содержанием веществ, токсичных для млекопитающих.

Эта дало «учёным» критикам повод позубоскалить, обвиняя исследователя в «школьной ошибке»: «Конечно крысы страдали, ведь их кормили ядовитым картофелем».

Но ведь Пустай исследовал действие гена лектина подснежника, а не канавалии. И это дало Ф.Джеймсу повод заявить, что Пуштай-де вообще не проводил заявленных им исследований.

Откуда же взялась ошибка в пресс-релизе? Ф.Джеймс позднее утверждал, что текст пресс-релиза был утвержден самим Пустаем. Пустай же уверял, что ничего об этом не знал. 

12 августа 1999-го Институтом Роуэтта было официально объявлено, что данные, на которые ссылался Пустай, вообще не относились к ГМ-картофелю. По версии, ставшей на некоторое время официальной, Пустай перепутал результаты исследования, в котором крысам скармливался обычный картофель с добавкой лектина канавалии, с результатами исследования ГМ-картофеля.

В интервью корреспонденту Би-Би-Си Ф.Джеймс высказал такую версию — Пустай-де уже пожилой, взвалил на себя слишком много работы, запутался в собственных результатах, совершив «трагическую ошибку», и вообще слишком поторопился (BBC, 1998/08/12).
Джеймс говорил: «Он [Пустай] думал, что смотрит на исследование ГМ-картофеля, а на самом деле это было не оно».

Эта версия была широковещательно озвучена лондонской газетой «Таймс», которая цитировала также слова Колина Меррита (Merritt), молекулярного биолога и руководящего сотрудника «Монсанто»: «..Он [Пустай] взял не-ГМ картофель, в который был добавлен природный яд Con A, и принял это за эффект трансгенно модифицированного картофеля. Это ужасная ошибка..» (Hawkes, 1999/08/13).

В заявлении Института Роуэтта сообщалось, что Пустай будет отправлен на пенсию и никогда больше не будет отвечать за исследования ГМО в институте, Великобритании и Европе.

(Через несколько лет, в июле 2003-го, в газете «Дэйли Мэйл» была опубликована информация, согласно которой резкая перемена в настроении директора Института Роуэтта Филипа Джеймса была вызвана звонком из британского правительства с требованием заставить Пустая замолчать. Профессор Роберт Орсков (Orskov), бывший ведущий сотрудник Института Роуэтта, говорил: «''Монсанто'' позвонила Биллу Клинтону, затем Клинтон позвонил Блэру, а Блэр позвонил Джеймсу..» (Rowell, 2003/07/07).
Следует сказать, что Роберт Орсков — известный эксперт в области питания животных, 33 года проработал в Институте Роуэтта, в 1988-м был награждён Орденом Британской империи.)

Кроме того руководство института высказало Пуcтаю порицание за то, что он сообщил о результатах своих исследований до того, как они были официально опубликованы в рецензируемых научных журналах.

Сам Пустай позднее говорил по этому поводу (1999): «Я сделал своё 150-секундное заявление по телевидению, потому что у меня были факты, говорившие мне о том, что с трансгенной едой есть серьёзные проблемы. Научная публикация может занять два-три года, а эти продукты были уже на полках без биологического тестирования, подобного нашей работе с ГМ-картофелем. Я выразил свою озабоченность и это стоило мне моей работы, но я бы снова поступил также. Если бы я этого не сделал, мы бы сейчас ели этот картофель, а не обсуждали безопасность ГМ-продуктов».

Здесь следует также отметить, что исследования по безопасности ГМО, проводимые компаниями-производителями, за редчайшим исключением вообще никогда не публиковались и никем не рецензировались.

Пустай был отстранён от работы, его группа была распущена, полученные данные были конфискованы, ему было запрещено общаться с сотрудниками института и давать интервью журналистам (под страхом судебного преследования).

Директор Джеймс поручил «комиссии» из нескольких сотрудников института проанализировать данные Пустая по испытаниям ГМ-картофеля. В августе 1998-го они представили отчёт, практически полностью противоречивший выводам Пустая. 22 октября 1999-го Пустай представил «альтернативный» отчёт.

Выводы Пустая гласили: «После вставки гена GNA изменения в содержании протеина, крахмала, сахара, лектина и трипсин/химотрипсин ингибитора наблюдались в клубнях двух поколений двух GNA-ГМ-линий, предполагающие ''возможный сайленсинг, супрессию генов и/или сомаклональную вариацию'' в картофельном геноме. GNA-ГМ-картофельные линии.. были поэтому не ''существенно эквивалентны'' соответствующим родительским клубням».

«..Подобно недостатку эквивалентности в составе, имел место также недостаток эквивалетности в метаболических последствиях между скармливанием ГМ и родительского картофеля..»

«Соответственно, координатор программы.. полагает, что имеющиеся данные полностью подтверждают наше предположение, что потребление крысами трансгенного картофеля, экспрессирующего GNA, оказывает значительное влияние на развитие органов, метаболизм и иммунную функцию, что полностью соответствует значительным различиям в составе между трансгенным и корреспондирующими родительскими линиями картофеля».

По словам Пустая, он хотел тогда же опубликовать данные, но опасался, что Джеймс наложит вето на любую публикацию в научном журнале. Позже Пустай подготовил публикацию на основе данных, полученных им совместно со Стэнли Юэном (Ewen) — патофизиологом из Абердинского университета, на которые власть Джеймса уже не распространялась. (Отметим, что в публикацию вошла отнюдь не вся информация, полученная Пустаем, а лишь малая её часть.)

Впрочем, короткое телевизионное выступление Пуштаи вызвало такой широкий резонанс, что его уже невозможно было «замолчать».

12 февраля 1999-го в британской газете «Гардиан» было опубликовано обращение 22 видных учёных из 13 стран в поддержку А.Пустая, адресованное в первую очередь руководству Института Роуэтта. В обращении говорилось, что «независимое исследование всех опубликованных данных показывает, что д-р Пустай был прав в своей озабоченности и не должен был подвергаться нападкам и отстранению от работы».  

16 февраля 1999-го, спустя полгода после начала истории, Ф.Джеймс объявил на пресс-конференции, что с Пустая снят запрёт на общение с прессой. В тот же день журналисты были дома у учёного.

8 марта 1999-го Пустай выступил перед Комитетом по науке и технологии Палаты общин британского парламента. Учёный заявил, что не жалеет о своём выступлении, а по поводу высказанного им сравнения граждан с подопытными свинками сказал, что это было сказано «не очень умно, но честно» (Guardian, 1999/03/09).

Тем временем против Пустая заработало биотехнологическое лобби в лондонском Королевском обществе — оплоте британского научного истэблишмента. 23 февраля 1999-го в газете «Дэйли Телеграф» появилось открытое письмо за подписью 19 членов Королевского общества с осуждением работы исследователей, «выносящих на публику данные, которые не были подвергнуты предварительному научному рецензированию» (Daily Telegraph, 1999/02/23). Имя Пустая не называлось, но всем было понятно, что выпад направлен в его сторону.

Лондонское Королевское общество взяло на себя несвойственную ему функцию и передало незаконченную работу Пуштая на рецензирование неким «экспертам», имена которых общество отказалось раскрыть. 18 мая 1999-го был оглашён их вердикт — работа Пуштая была названа «слабой во многих аспектах замысла, исполнения и анализа, что не позволяет сделать из неё каких-либо выводов». 

Тем временем события развивались. В начале мая 1999-го семь европейских розничных торговых сетей объявили, что они не будут продавать ГМ-еду. Три крупных ТНК — «Юнилевер», «Нестле» и «Кэдбери-Швеппс» последовали их примеру.  18 мая 1999-го Британская медицинская ассоциация призвала к введению моратория на выращивание ГМ-культур в Великобритании — пока не будет доказана их безопасность. 21 мая 1999-го британское правительство выступило за проведение исследований возможных рисков для здоровья со стороны ГМ-продуктов.

В июле 1999-го редакция ведущего британского медицинского журнала «Ланцет» (The Lancet) стала склоняться к решению опубликовать статью Пустая и Юэна, которая находилась в журнале на рецензировании с конца 1998-го года. На редакцию тут же началось давление со всех сторон, в том числе по линии Королевского общества — с целью воспрепятствовать опубликованию статьи. Давление ещё более усилилось, когда стало известно, что статья прошла рецензирование шести экспертов, из которых против публикации выступил только один (Horton, 1999/12/17) — профессор Джон Пикетт (Pickett), характеризуемый некоторыми авторами как «известный апологет ГМО».

В попытке заранее дискредитировать статью Юэна и Пустая через СМИ был запущена ложная информация, что якобы все рецензенты «Ланцета» были против её опубликования (Connor, 1999/10/11).

Финальным аккордом стал телефонный звонок некоего высокопоставленного члена лондонского Королевского общества редактору журнала «Ланцет» Ричарду Хортону (Horton). Звонивший «в очень агрессивной манере» потребовал не публиковать статью Пустая, в противном случае обещая Хортону проблемы с дальнейшим пребыванием на посту редактора журнала.

Несмотря на всё противодействие, 16 октября 1999-го статья Юэна и Пустая была опубликована в «Ланцете». 

В ноябре 1999-го история с запугиванием редактора «Ланцета» получила огласку на страницах газеты «Гардиан» (Flynn & Gillard, 1999/11/01). Источники газеты подтвердили наличие в лондонском Королевском обществе группы, активно защищающей интересы биотехнологической отрасли. Что касается личности звонившего Хортону, то, по информации журналистов, это был Питер Лахман (Lachmann), бывший вице-президент Королевского общества.

Заметим следующее. С момента сенсационного выступления Пустая его исследование о вреде ГМО неоднократно оценивались критиками как научно «слабые», «плохие», «неудовлетворительные», не заслуживающие публикации. Например, упомянутый Пикетт говорил в интервью: «Если бы эта работа была частью студенческого исследования, то студент провалил бы любой экзамен, на который бы он представил эту работу». Это при том, что Пустай является известным в своей области экспертом с полувековым опытом научной работы и тремя сотнями научных публикаций — и лишь после его выступления против ГМО вдруг резко выяснилось, как он «слаб» в методическом отношении.

По словам Стэнли Юэна, после совместной публикации с Пустаем его дальнейшая карьера в Абердинском университете, где он проработал много лет, оказалась под вопросом: «Когда вы делаете вещи такого рода, это очень плохо отражается на вашей пенсии». В марте 2001-го Юэн был вынужден уволиться из университета.

В апреле 2004-го «Байер» заявил, что прекращает усилия по продвижению ГМ-кукурузы на британский рынок. В сентябре компания заявила отказе от испытаний ГМ-культур в Великобритании (McKie, 2003/09/28). В октябре 2003-го «Монсанто» заявила, что закрывает свой бизнес по продаже семян ГМ-злаков в Великобритании и Европе (Brown & Oliver, 2003/11/16).

После увольнения Пуштай выступал по всему миру с лекциями о результатах своей работы и опасностях генной инженерии, участвовал в независимых исследовательских программах по ГМО. В 2005-м за свою активность в привлечении общественного внимания к проблеме безопасности ГМО он был награждён премией Федерации германских учёных (Whistleblower Award).

В 2008-м в интервью газете «Гардиан» Пустай сказал: «Девяносто пять процентов ГМО идёт из Америки, поэтому естественно, что в их интересах проталкивать эти культуры. У меня нет идеологических предубеждений против ''Монсанто''. Для меня это научная проблема. Они не сделали надлежащей работы [по проверке ГМО], а просто используют свои политические и экономические мускулы, чтобы навязать их нам» (Randerson, 2008/01/15).
Tags: гмо, пустаи, пустай, пуштай
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments