А. Т. (lysenkoism) wrote,
А. Т.
lysenkoism

В.Колкутин про экспертизу, давление и дело Сычёва

...Однако были случаи куда более тяжёлые, как с солдатом этим многострадальным  — Сычевым. (рядовой Сычев лишился ног в результате пыток и издевательств со стороны сослуживцев — прим.ред.). Ситуация была критическая, когда я фактически попрощался со всем – не только с должностью, но и с другими атрибутами этой жизни. Тогда столкнулись какие-то интересы Сергея Борисовича Иванова (министр обороны в 2001-2007 гг. — прим.ред.) и Генерального прокурора Владимира Васильевича Устинова. Им этот солдатик, сами понимаете, даром не нужен был – свои проблемы решали. Но поскольку я был в ведомстве Иванова, всем казалось, что я должен безоговорочно отстаивать интересы ведомства.

— И в чем заключались эти интересы?

В том, чтобы отстоять ведомственную позицию, что у Сычева была болезнь, что он не жертва физического насилия. Что внешнее насилие, может, и было, но будь он здоров  — ничего такого бы не было.

— А на самом деле?

Мы провели глубокие исследование, больше 6 экспертиз было, привлекали самых знаменитых академиков России, против которых никто ничего не мог сказать. Они сказали аргументированно подтвердили: да, у Сычева была предрасположенность к тромбофилии, но это тоже самое, как сказать что у любого живого человека есть предрасположенность к смерти.

— Как проходило это давление? Кто вам звонил в случае с Сычевым?

Кто звонил - я уже не помню, но было сказано, куда явиться. Я явился, и долго беседовал в кабинете своего непосредственного начальника тогдашнего начальника ГВМУ (Главного Военно-Медицинского Управления — прим.ред). Если можно, фамилию называть не буду, но по годам вы при желании легко найдете (нашли: генерал-полковник медицинской службы Игорь Быков — прим.ред.). И если меня как клопа ногтем давили к столу, я представляю, что вытворяли с ним – за то, что он никак не может совладать со своим «зарвавшимся подчиненным».

— И он вам сказал…

Он мне ничего не сказал, но там сидел какой-то человек, – как мне потом сказали, из близкого круга тогдашнего министра обороны. И этот человек начал меня запугивать, что поскольку я хожу в погонах, то интересы ведомства должны быть мне близки, что я должен понимать, что нахождение на таких должностях – это ситуация политическая. Я смотрю: человек молодой, ему по-моему еще сорока не было, но он уже был генерал. Тогда я, как говорится, «включил дурака» и сказал,  что полностью с ним согласен, но не понимаю, зачем он мне все это говорит. Он начал излагать конкретнее: дескать, лучшие умы военной медицины считают, что там заболевание, и негоже мне противопоставлять себя известным во всем мире клиницистам, «надувать щеки» и зарабатывать себе дешевую популярность среди работников военной прокуратуры. На это я ему ответил, что очень хорошо понимаю его непростое положение, но у меня есть определенные знания, определенные принципы, и если я поступаюсь этими принципами – мне надо одновременно класть на стол рапорт об увольнении. Но поскольку я еще хочу заниматься своей профессией — позвольте я останусь при своем мнении. В общем, вся эта «бодяга» кончилась ничем – все равно мы подписали заключение, которое, мягко говоря, «не стлало соломку» минобороны в данной ситуации...

http://publicpost.ru/theme/id/1933/rossiyskaya_sudebnaya_medicina_ne_bolna_ona_agoniziruet/

Tags: интервью
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments